Энциклопедия художественной литературы

Аркадий Петрович Гайдар

Аркадий Петрович Гайдар (Голиков) жизнью и творчеством оправдал свой псевдоним («Гайдар» по-монгольски означает всадник, высланный вперед в дозор). Все его творчество устремлено вперед, наполнено борьбой за грядущее «царство социализма».
Гайдар родился в г. Льгове. Отец его был учителем. Свою судьбу Гайдар считал лишь «обыкновенной биографией в необыкновенное время». В 13 лет он участник революции, с оружием в руках воевавший за Советскую власть.
Год спустя широкоплечий и не по годам рослый Гайдар выдал себя за шестнадцатилетнего и ушел в Красную Армию, на фронт гражданской войны. Отшумели военные годы, и в 1924 г. Гайдар из-за перенесенной контузии был зачислен в запас. Командарм М. В. Фрунзе обнаружил у Гайдара литературный дар и посоветовал ему заняться литературной работой.
«Вероятно потому, что в армии я был еще мальчишкой, — говорит в своей автобиографии Гайдар, — мне захотелось рассказать новым мальчишкам и девчонкам, какая она жизнь, как оно все начиналось да как продолжалось...» Так появились первые повести А. Гайдара для детей — «Р. В. С.» (1926) и «Школа» (1930).
В книгах Гайдара, как и в произведениях Фурманова, Фадеева, Н. Островского, революция, гражданская война, борьба за социализм показаны как школа воспитания молодого поколения. Димка и Жиган из повести «Р. В. С.» вначале ничего не понимают в происходящих событиях. Играя в войну, Димка представляет себя то командиром красных, то белым офицером, а Жиган поет песни и красным и белым солдатам. После встречи с комиссаром Сергеевым подростки начинают понимать, за что борется Красная Армия, и ради спасения ее командира совершают свой первый подвиг.
В каждом произведении («Дальние страны», «Военная тайна», «Голубая чашка», «Судьба барабанщика» и др.) писатель ведет откровенный и серьезный разговор о самых сложных вопросах жизни: о том, что такое счастье, каким должен быть советский человек. Страстная убежденность коммуниста отличает высказывания Гайдара о Родине, чести, смелости, правде.

Метки:

Корней Иванович Чуковский

Корней Иванович Чуковский — один из старейших наших писателей.
Он родился в 1882 г. в Петербурге. Вскоре после рождения сына отец навсегда ушел из семьи. Мать, оставшись одна, решила перебраться на юг, в Одессу. Там на свой скудный заработок прачки она отдала детей учиться. Больше всего мать страшилась, что, оставшись без образования, дети не смогут выбиться из нужды, которая преследовала ее всю жизнь.
Эти опасения имели основания. Когда по печально знаменитому циркуляру царского министра Делянова учебные заведения «очищались» от «кухаркиных детей», Чуковского исключили из второй одесской прогимназии. Об этом он рассказал много лет спустя в повести «Серебряный герб», проникнутой ненавистью ко всяческой несправедливости.
Юноша, изгнанный из учебного заведения, пошел работать, переменил несколько профессий. Каждую свободную минуту он отдавал учению, много и жадно читал. Стихи Тютчева, Пушкина, Некрасова он знал наизусть. Вообще ничто он так не любил, как поэзию, и часто на улице, сам того не замечая, декламировал стихи вслух, вызывая удивление прохожих. Любимым его писателем на всю жизнь стал Чехов.
После нескольких неудачных попыток Чуковскому удалось сдать экзамены экстерном за гимназический курс. В это время его увлекала беспокойная работа газетчика-журналиста. Вскоре он оказался в Лондоне в качестве корреспондента «Одесских новостей». И здесь он продолжал читать сотни книг на русском и иностранных языках.

Когда в 1905 г. Чуковский возвратился в Одессу, у города, на рейде, стоял броненосец «Князь Потемкин-Таврический», но не под андреевским флагом царского флота, а под красным флагом революции. В числе немногих, кому удалось побывать на восставшем броненосце, был журналист Чуковский.
В конце 1905 г. в Петербурге вышел под редакцией Чуковского сатирический журнал «Сигнал». В первом же номере была помещена карикатура, изображавшая известного царского
карателя Трепова с кровавым приказом в руках: «Патронов не жалеть!» Художник очень бледно вывел первые две буквы, и читатели с удовольствием увидели совсем другой приказ: «Тронов не жалеть!» Журнал пользовался успехом, но вскоре власти привлекли двадцатитрехлетнего редактора к суду.
Адвокат Чуковского провел защиту дерзко и остроумно. Предъявляя суду карикатуры на царя, за публикацию которых Чуковскому грозило тюремное заключение, адвокат спрашивал: «Кто посмеет утверждать, что изображенный здесь кретин — государь император?!» Этого утверждать никто не посмел, и Чуковского оправдали. Талант и огромная работоспособность вскоре сделали Чуковского одним из самых популярных литературных критиков. Но он мечтал отдать все свои силы большой литературоведческой работе и по совету В. Г. Короленко занялся изучением творчества Некрасова. Стихи поэта-демократа печатались с цензурными искажениями и сокращениями, а многие из них вообще не вышли в свет. Чуковский разыскивал и публиковал некрасовские рукописи, в результате наследие поэта увеличилось в полтора раза, т. е. из каждых трех известных ныне некрасовских строк одна разыскана Чуковским.

Метки:

На пути в завтрашний день

Литература предвоенных лет воспитывала патриотов Родины, краснозвездную крепкую гвардию. И когда 22 июня 1941 г. фашистская Германия вероломно напала на Советский Союз, вчерашние школьники с честью выдержали суровое испытание.
Сейчас вы читаете «Молодую гвардию» А. Фадеева, «Улицу младшего сына» Л. Кассиля и М. Поляновского, «Четвертую высоту» Е. Ильиной и знаете: в этих книгах говорится о людях, которые жили на самом деле. Их жизнь, имена, характеры, подвиги не выдуманы. А память народа открывает все новых и новых героев фронта и тыла. И в наши дни продолжают выходить книги о их подвигах.
Старейший писатель Михаил Михайлович
Пришвин, написавший свой первый рассказ для детей еще в 1906 г., ровно сорок лет спустя опубликовал сказку-быль «Кладовая солнца», в которой поэтично рассказал о самом важном, ради чего люди должны жить и бороться в мирное послевоенное время: о любви и дружбе, о товарищеской взаимопомощи, о подчинении сил природы человеку, о доброте как главной созидающей силе. Эти темы сделались теперь главными во всей нашей детской литературе.
Книги повели советских ребят по необъятным просторам Родины — в уральский колхоз («Стожары» А. Мусатова) и в крымские степи («Степное солнце» П. Павленко), в горный Алтай («Алтайская повесть» Л. Воронковой) и в московскую школу («Мой класс» Ф. Вигдоровой).
Все более значительную роль в прозе начинают играть книги о Ленине и революционном прошлом нашего народа.

Метки:

Хорошая и разная

А. М. Горький в своих статьях, посвященных детской литературе, не раз напоминал о том, что первейшая ее задача — воспитать завтрашнего хозяина страны, наследника всех громадных духовных и материальных ценностей, созданных трудом предшествующих поколений. Поэтому он особенно выделял роль научной, познавательной, научно-художественной книги, говорил о необходимости привлечь к созданию таких книг бывалых людей, прошедших большую школу жизни.
В январе 1924 г. в редакцию ленинградского журнала «Воробей» зашел невысокого роста худощавый седеющий человек. Он принес рассказ и, пока сотрудники журнала знакомились с новым произведением, нервничая, ходил по коридору. «Нам сразу же стало ясно, — вспоминает работавший тогда в «Воробье» С. Маршак, — что перед нами не случайный человек, пробующий силы в литературе, а вполне сложившийся писатель. Вся наша редакция в полном составе вышла в коридор, чтобы приветствовать Бориса Житкова, его зрелый талант и молодой задор».
Так вошел в литературу Борис Степанович Житков (1882—1938). Он создал около двухсот произведений, и среди них — удивительную книгу «Что я видел». Герой ее — четырехлетний мальчик Алеша — провел лето, полное увлекательных приключений. Обо всем, что он видел, Алеша и рассказывает своим сверстникам.

Метки:

Поиски героя

Как и поэзия, советская проза для детей зарождалась и развивалась в нелегком преодолении «традиций» старой литературы. Даже в первые годы Советской власти продолжали
выходить надуманные, слащавые книги очень популярных в начале века писательниц Лидии Чарской и Клавдии Лукашевич. Эти книги предлагали фальшивый, мещанский идеал красоты и добра. Но как при отсутствии натуральных продуктов человек готов довольствоваться суррогатом, так отсутствие подлинно романтической, героической литературы обращало взоры читателя к литературе ложноромантической, малохудожественной.
Первой навстречу читательской потребности в исключительном, благородном герое пришла историческая и историко-революционная проза. Уже в 1920 г. была переиздана повесть Ал. Алтаева (псевдоним писательницы М. В. Ямщиковой) «Под знаменем башмака» — о вожде крестьянского восстания в Германии в XVI в. Томасе Мюнцере. Затем появляются «Мальчий бунт» С. Григорьева — о юных участниках знаменитой морозовской стачки, его же «Берко-кантонист» — о тяжелой судьбе еврейского мальчика, чье детство проходит в военной школе николаевских времен; повести «Малахов курган» — о героической севастопольской обороне в период крымской войны и «Победа моря» — о детстве знаменитого русского адмирала С. Макарова. Полюбились юным читателям и повесть «Алжирский пленник» Э. Выгодской — о трагической судьбе бессмертного автора «Дон Кихота», и повесть о пугачевском восстании — «Горный завод Петра III» Т. Богданович. Героическая биография пламенного ленинца Н. Э. Баумана отразилась в книге «Грач — птица весенняя» С. Мстиславского. О детских годах С. М. Кирова написала А. Голубева в книге «Мальчик из Уржума».
В 1923 г. появилась повесть А. Неверова «Ташкент — город хлебный». В ее герое, деревенском мальчишке Мишке Додонове, сметливом, упорном, побеждающем в борьбе за жизнь и хлеб многие препятствия, ребята узнавали самих себя. Этот герой вызывал у читателей симпатии тем более искренние, что он был их современником, его судьба перекликалась с судьбами тысяч и тысяч российских ребят. В 20-е годы у Мишки Додонова появилось немало литературных братьев и сестер — мальчишек и девчонок, оказавшихся в вихре событий гражданской войны, послевоенной разрухи и беспризорничества.

Метки:

Езда в незнаемое

И все же коренной поворот в детской литературе наступил только после Великой Октябрьской социалистической революции. Не покорных, бессловесных слуг, а гордых, смелых, самостоятельно мыслящих и инициативных людей хотело воспитать новое государство. Воспитание правдой стало основополагающим требованием к детской литературе.
«Больше всего хотелось бы, — писала Н. К. Крупская, — чтобы детская литература помогла бы лучше понять реальную жизнь, реальную борьбу живых людей...» А. М. Горький призывал детских писателей создавать книги, в которых ярко проявилось бы значение человеческого труда — единственного источника культуры, материальных и духовных ценностей.
Та многокрасочная, богатейшая советская детская литература, которую мы знаем сейчас, возникла не сразу. Родиться и окрепнуть помогли ей основоположники социалистического реализма Горький и Маяковский. Они своим творчеством как бы проложили основные магистральные пути, по которым пошла в дальнейшем наша детская литература.
Первые победы ждали ее в жанре стихотворной и драматической сказки. Было похоже,что в доме, где прежде было открыто всего несколько окон, начали распахивать никогда прежде не открывавшиеся ставни. И в каждом окне предстало взору невиданное раньше, «...появился «Крокодил» К. И. Чуковского, возбудив шум, интерес, удивление, как то бывает при новом явлении литературы», — отмечал Ю. Тынянов. Написанная еще до революции, но изданная отдельной книжкой в 1919 г., стихотворная сказка «Крокодил» положила начало сказочному миру Чуковского. В этом пестром мире людей, зверей, насекомых злые силы торжествовали лишь временно. Благодаря отваге, верности, благородству положительных героев в конце концов всегда побеждало добро.
В сказках Чуковского удачно слились нравственная идея и стих, приближающийся по своему духу к детскому фольклору и детскому восприятию.

Метки:

Как для взрослых только лучше

Но и в мрачную пору самодержавия в России находились передовые люди, много сил отдававшие созданию правдивой, высокохудожественной литературы для детей.В 1785 г. педагог и просветитель Н. И. Новиков издавал в Петербурге первый русский журнал для детей «Детское чтение для сердца и разума», вскоре закрытый правительством Екатерины II. Он печатал произведения, которые открывали ребятам глаза на действительное положение вещей, учили ненавидеть крепостное право, бескорыстно любить людей.
В конце 30-х годов прошлого века борьбу за передовую литературу для детей возглавил
B. Г. Белинский.
Внимательно изучив лучшие книги «взрослой» литературы, вошедшие в состав детского чтения, он пришел к выводу, что резкой грани между книгой для детей и книгой для взрослых быть не может. И та и другая хороши, когда они правдивы, художественны, несут читателям большие, важные мысли и умные, передовые идеи.
Дети и взрослые одинаково радуются хорошему, одинаково страдают от обид и несправедливости. Почему же не рассказывать ребятам обо всем, что их волнует?
Только рассказ этот должен быть интересен и до конца понятен каждому, кто его слушает, независимо от возраста. Именно так умели беседовать с читателями наши писатели-классики.
Со второй половины XIX в. под влиянием статей В. Г. Белинского, Н. А. Добролюбова, Н. Г. Чернышевского, под воздействием революционно-демократического движения передовая художественная литература для детей начинает набирать силу, постепенно вытесняя бесталанные, верноподданнические поделки.
Стихи Н. А. Некрасова, книги Л. Н. Толстого, И. С. Тургенева, Д. В. Григоровича,
C. Т. Аксакова и других писателей-реалистов открыли ребятам мир во всей его необъятности. Они донесли до слуха юного читателя и звон бубенцов почтовой тройки, и треск ломающихся от мороза деревьев, и плач детишек, прикованных неизбывной нуждой к фабричному колесу, и колыбельную песню крестьянки, наперед знающей свою горькую судьбу, и злобные крики барыни-самодурки, и оживленный гул сельской ярмарки...

Метки:

Литература понарошку

Уже в прошлом веке в России существовала обширная детская литература: выходили специальные журналы и альманахи, издавались книги.
Если бы мы сегодня захотели представить мир по этим сочинениям, перед нами явилась бы страна, населенная манерными, благовоспитанными мальчиками и девочками, беспрестанно молящимися о здоровье своих родителей и государя-батюшки. Они отличаются отменным послушанием и покорностью, слезливо умиляются решительно всему на свете, не знают
нужды и лишений. Самый тяжелый и безрадостный труд в этой стране — учение. Если же появляется какой-либо шалунишка, его проказы моментально влекут за собой строгую кару.
Иногда в книгах встречаются и дети бедняков. Но само разделение детей на богатых и бедных писатели изображают как естественное и вечное. Они доказывают, что бедняку тоже может быть неплохо, если он хорошо знает свое место, не заносится: всегда найдется богатый человек, который облагодетельствует бедняка в награду за его скромность и послушание.
Именно такую литературу всячески поддерживал царизм. Ведь она не имела никакого отношения к действительности, была не способна пробудить мысль читателя, развить его чувства. И потому была безопасной.

Метки: